Реклама

  •  

    blog_vinokur

     

    Блог Семена Винокура

    Что такое вся наша жизнь?

    Это поиск связи друг с другом.

    Мы одиноки, мы не хотим никаких встреч, мы строим границы, закрываемся стенами, воюем, и несмотря на это, корень наш, то из чего все вышло - Единая Душа.

    Получается, мы все родственники. Есть в нас, во всех, такой духовный ген, такая запись, что мы были все Едины и к Единству вернемся.

    Несмотря ни на что.

    Рано или поздно.

    И обязательно.

    После Ижорского завода. где я, бывало, по 12-14 часов не выходил из цеха, жизнь здесь, мягко говоря, удивляет.

    Смотрим себе кино всякое, слушаем лекции, философствуем о творчестве, ночью «Наутилус-помпилус» выпивает у соседей-свердловчан, ну конечно в стипендию мы в ресторане Дома Кино. А там Соловьев с шарфом пробегает, Никита Сергеевич с печатками, артисты, актрисы уже не помню их имена, баранина на ребрышках, шашлык с таким вот кусками мяса, рассольник, солянка, водка, икра…

    И мечты, что мы когда-нибудь заявим о себе.

    Богемная жизнь.

    А тем временем жена моя Нина и сын Илюшка (я уже писал о них здесь ) в Ленинграде, в коммунальной квартире. И в мечтах, что я прославлюсь, сделаю кино, что состоюсь, и они вместе со мной.

    Раз в месяц я приезжаю.

    Ну вот приезжаю однажды зимой и вижу, Нина моя прячет от меня лицо.

    То есть она так, боком на меня смотрит и левую сторону старается не показывать.

    Но заглядываю. Смотрю, ссадина. И довольно глубокая. Спрашиваю, - Что это. – Задела, говорит, проволокой, тут, в подъезде.

    Ну ладно. Сыграла она хорошо. Поверил.

    Проходит пять лет. Решаем мы уезжать, начать новую жизнь. Оставляем и холодильник «Березку», и цветной телевизор «рекорд», и все мои гонорары, которые как на зло растут с каждым днем.

    Но оставляем…

    И вот за неделю до отъезда, захожу я домой, и вижу, стоят, обнявшись, посреди кухни моя Нина и наша соседка по коммуналки Клавдия Петровна. Обе в слезах.

    Клавдия Петровна видит меня и убегает к себе в комнату.

    Мы заходим в свою, и теперь уже Нина мне рассказывает.

    О том, как 5 лет назад она вышла на кухню, что-то там согреть Илюшке.

    И Клавдия Петровна готовит там же.

    На чем они завелись, неизвестно.

    Но Клавдия Петровна - одинокая женщина, врач, с которой мы вроде бы были в нормальных отношениях, вдруг повернулась к Нине и закричала, - Ты, жидовка, вы совсем жизни мне не даете!

    И это, - «жидовка» она кричала моей курносой жене, блондинке, Нине, кстати по отчеству тоже Петровне, рожденной где-то в глубине России, в каком-то забытом богом хуторе…

    И тогда Нина моя, Петровна, выпрямилась, как говорится, и вступилась за честь семьи, за меня, за Илюшку и в принципе за все народы - еврейский и русский. И ответила, конечно, Клавдии Петровне. А та вдруг бросилась на нее и вцепилась ей в лицо…

    Вот эту ссадину на лице Нины я и видел, но оказался бесчувственным. Не догадался.

    Рассказывает она мне это за неделю до отъезда, а я ей говорю, - во-первых, почему ты мне это тогда не сказала, во-вторых, чего ты тогда с ней обнимаешься, не понимаю! Говорю и закипаю!

    …А Нина мне рассказывает, что сегодня на кухне она сказала Клавдии Петровне, - Знаете, Клавдия Петровна, я хочу с вами попрощаться, мы в Израиль уезжаем.

    Дальше произошло следующее, - Клавдия Петровна вдруг повернулась к моей Нине и так удивленно спрашивает, - Насовсем? Нина ей говорит, - Да, навсегда.

    (тогда мы действительно думали, что навсегда уезжаем, да и паспорта у нас отбирали, как у предателей родины) И тут Клавдия Петровна как расплачется, как бросится к моей Нине, и как начнет ей говорить, - Прости ты меня, Ниночка, это все жизнь наша проклятая. Как же мы так живем, а. и моя Петровна тоже плакать начинает.

    Так и стоят они посреди коммунальной кухни две русские женщины, обнявшись, и плачут. И одна другой говорит, - Напиши мне, как доедете, как устроитесь… А моя ей, - обязательно напишу, обязательно.

    Вот так я и застал их, растроганных.

    И только недавно вспомнил эту простую историю.

    Спросил жену, – можно я напишу? Она говорит, - напиши, и передай ей наш огромный привет, Клавдии Петровне. Неважно, прочтет, или нет – передай!

    Вот я и пишу.

    Где Вы сейчас, Клавдия Петровна? Прочтете ли когда-нибудь этот пост, или нет,

    не знаем. Шлем мы Вам с Ниной наш привет. И, честное слово, помнится сейчас только хорошее, вот это наше теплое прощание, например.

    Потому что все остальное было только дорогой к этому теплу.

    Так и все наши страдания, - дорога к счастью.

    И все они только для того, чтобы привести нас к этому великому пониманию, что жизнь наша – это ступени соединения между нами, между всеми людьми, такими непохожими, противоположными, казалось бы, но ищущими тепло и любовь.

    Все это ищут. Все. И поэтому мы все очень похожи.

    Мы все из одного корня, ребята.

     



  • На главную
     
    [© 2014 Все о связи